Автор Тема: Конец добычи каменного угля в Германии: выводы для России  (Прочитано 252 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

Оффлайн GASАвтор темы

  • Глобальный модератор
  • Ветеран
  • *****
  • Сообщений: 5583
  • Карма: +30/-3
  • Андрей, г. Владимир
    • Просмотр профиля
    • Минералы для начинающих камневедов
В истории Германии закончилась целая эпоха - эпоха добычи каменного угля. Немцы занялись ею более 900 лет назад, в 19-м веке уголь и сталь Рурской области обеспечили индустриальную и военную мощь Германской империи, после Второй мировой войны во многом благодаря углю возрождалась западная часть страны и начинался процесс экономической интеграции Европы.

И вот одна из важнейших в прошлом отраслей немецкой экономики прекратила свое существование. 21 декабря 2018 года войдет в историю Германии как тот день, когда в бывшем шахтерском городке Ботропе торжественно закрылась самая последняя в стране угольная шахта Prosper-Haniel. Отныне в ФРГ каменный уголь из-под земли больше не добывают. Сохранилась лишь добыча бурого угля открытым способом в карьерах и разрезах.

Среди больших европейских угольных держав Германия в деле сворачивания этой традиционной отрасли вовсе не первопроходец. В Бельгии последнюю шахту закрыли еще в 1992 году, во Франции - в 2004-м, в Великобритании - в 2015-м. Во всех этих странах добычу каменного угля прекращали по экономическим причинам. Отказ от него из экологических соображений (защита населения от смога, а глобального климата - от выбросов парниковых газов) - тенденция лишь самого последнего времени.

Вот и в ФРГ шахтеры еще полвека назад начали терять работу не из-за борьбы против загрязнения окружающей среды, а из-за снижающейся конкурентоспособности немецкого каменного угля. Его, с одной стороны, все больше теснили другие энергоносители - нефть, газ, ядерное топливо, с другой стороны - импортный уголь из стран с более дешевой рабочей силой, более низкими стандартами техники безопасности и/или с открытым способом добычи.

В результате с 1960 по 1980 год число шахт в ФРГ сократилось со 146 до 39, а до 2000 года дожили только 12. Соответственно, число немецких шахтеров, составлявшее в 1957 году около 610 тысяч человек (тогда были добыты рекордные почти 150 миллионов тонн угля), в 1994 году впервые упало ниже отметки в 100 тысяч человек, а в первом десятилетии 21-го века сократилось примерно до 30 тысяч. Последние три года в Германии работали оставшиеся две шахты, на которых около 4,5 тысяч горняков добывали порядка 4 миллионов тонн в год.

Так что упадок угольной отрасли - давно начавшийся общеевропейский тренд, связанный не столько с истощением запасов, сколько с падающей конкурентоспособностью подземной добычи в условиях растущей глобальной конкуренции со стороны других стран-поставщиков и других источников энергии (среди которых в последнее время все более важную роль играют возобновляемые источники и сжиженный природный газ - СПГ).

Таков, пожалуй, главный вывод, который могут сделать в России (и, конечно же, в Украине и Казахстане) из символического закрытия последней немецкой шахты. Того значения, какое угольная отрасль и шахтерская профессия имели в 20-м веке, у них в 21-м веке уже точно не будет.

Более того, в долгосрочной перспективе и с учетом усиливающейся всемирной борьбы против потепления климата (как бы скептически ни относились к ней в России) снижение глобального потребления угля и, соответственно, сокращение или даже прекращение его добычи (особенно дорогостоящей подземной) представляются просто неизбежными. 

В то же время опыт Германии показывает, что с помощью государственных субсидий сворачивание отрасли можно растянуть на многие десятилетия. Преимущество немецкого подхода в том, что он социально ответственный, гуманный по отношению к представителям отмирающей профессии - шахтерам, и направлен на предотвращение острых внутриполитических конфликтов. Во всяком случае, Германия не знала таких отчаянных шахтерских забастовок, как, например, Великобритания.

По случаю закрытия шахты Prosper-Haniel председатель немецкого профсоюза горняков IG BCE Михаэль Вассилиадис (Michael Vassiliadis) заявил, что постепенное прекращение добычи каменного угля в Германии может служить образцом для проведения структурных реформ в других отраслях. Такую похвалу в адрес федеральных и региональных властей не часто услышишь из уст профсоюзного лидера, когда речь идет о сокращении сотен тысяч рабочих мест.

Недостатком же немецкого подхода стало расходование гигантских средств налогоплательщиков на многолетнюю поддержку представителей одной отдельно взятой профессии. По данным немецких СМИ, на субсидирование добычи каменного угля было израсходовано приблизительно 200 миллиардов евро бюджетных денег. В Германии немало тех, кто считает, что такие средства можно было бы куда эффективнее потратить на создание в шахтерских городах предприятий перспективных отраслей и на развитие системы образования в угольных бассейнах.

Впрочем, самый очевидный вывод для России, который сразу же напрашивается при известии о закрытии последней немецкой шахты, состоит в том, что у российских угольщиков теперь есть шанс увеличить свой экспорт в Германию. Ведь отныне здесь будут потреблять только импортируемый каменный уголь. А его крупнейшим поставщиком в ФРГ является именно РФ.

В последние годы российские компании быстрыми темпами наращивали поставки каменного угля в Германию. Так, только за три года, с 2015-го по 2017-й, они выросли, по данным немецкого Союза импортеров угля (Verein der Kohlenimporteure, VDKI), с 16,7 до 19,4 миллионов тонн. "В результате Россия является теперь для Германии с большим отрывом важнейшим поставщиком угля", - отмечается в годовом отчете VDKI.

Если учесть, что Германия в 2017 году импортировала в общей сложности 51,4 миллиона тонн всех видов каменного угля, то доля России на немецком рынке составляет около 38 процентов. Если же взять только энергетический уголь (ФРГ не закупает в РФ кокс и лишь в небольшом количестве коксующийся уголь), то соотношение будет таким: из 36,2 миллионов тонн 17,6 миллионов тонн были в прошлом году российскими.

Таким образом, Россия обеспечивает почти половину (49 процентов) того каменного угля, на котором работают немецкие электростанции. Столь большой доли рынка в Германии нет ни у российского газа, ни у российской нефти.

Теперь, после закрытия последней немецкой шахты, перед российскими угольщиками (и перед РЖД, у которой на уголь приходятся 30 процентов всех грузовых железнодорожных перевозок), действительно, открываются дополнительные возможности по наращиванию поставок в Германию. Однако на самом деле это скорее окно возможностей, и оно может быстро захлопнуться.

Ведь созданная летом 2018 года правительством ФРГ "угольная комиссия" активно работает сейчас над федеральным планом полного отказа от угля как наиболее вредного для глобального климата ископаемого энергоносителя.

Понимание того, что без такого отказа Германия не выполнит своих международных обязательств по снижению выбросов парниковых газов, в немецком обществе, в принципе, есть. Так что вопрос лишь в сроках. В качестве возможной даты называется, к примеру, 2030 год. Конкретный план действий "угольная комиссия" намерена представить уже в феврале 2019 года.

Вполне возможно, что одним из пунктов этого плана станет закрытие в кратчайшие сроки нескольких наиболее старых и "грязных" угольных электростанций. Поэтому уже в ближайшие два-три года спрос на энергетический каменный уголь может ощутимо снизиться.

К тому же совершенно очевидно, что представленные в "угольной комиссии" профсоюзы и власти тех регионов, где продолжается добыча открытым способом, будут всеми силами бороться за продление жизни электростанций, работающих на буром угле, и предлагать в первую очередь сворачивать производство электроэнергии из каменного угля. Ведь он теперь весь импортный.

https://www.dw.com/ru/