Ну и ещё в струю попалось.
В конце 70х годов началось очередное наступление на пустыню. Причем началось оригинально - было решено в районе города Мубарек, на краю пустыни Кызыл-Кум организовать не более и не менее, как Крымско-Татарскую автономную область.
Область собирались сделать не хилой - из трех районов, которые должны были организоваться на стыке Кашкадарьинской и Бухарской областей Узбекистана - Мубарекского с центром в городе Мубарек, Бахористанского с центром в поселке Памук, на границе с Туркменией, и еще одного, который к тому времени пока не образовали. Причем отличались все эти районы тем, что были основными центрами газодобычи в Каршинской степи, а в Мубареке находился крупнейший Мубарекский завод газовой серы, один из трех имевшихся в СССР.
Однако - земли этих районов находились в зоне полупустыни и пустыни, и на них совсем как в Крыму , совершенно не было источников воды, за исключением протекавшей по ним речки Кашкадарья, имевшей интересную особенность - она никогда никуда не впадала. Совсем, просто уходила в пустыню и там терялась, разливаясь по пескам и исчезая. Хотя сама по себе река была довольно заметная, в районе города Карши имела ширину метров 50-100, и весной представляла из себя бурную реку глубиной метра 2-2,5 с быстрым течением, и через нее были построены довольно мощные мосты - более слабые река просто снесла бы.
Но к концу мая речка мелела, ее можно было уже перейти вброд в самых глубоких местах, и воды еле - еле хватало на снабжение редких прибрежных кишлаков.
Поэтому то и было принято решение - построить в эту зону ответвление от идущего из Амударьи Каршинского магистрального канала - Ульяновский канал, оросить его водой эти земли, на которых создать несколько десятков совхозов, часть из которых были бы хлопководческими, часть - садвинсовхозами.
Все почти как в Крыму.
Для этого было создано Управление по освоению земель и строительству совхозов "Каршиирстепстрой" , с центром в городе Мубарек, и разместить в Памуке, Мубареке и совхозах строительные организации - в поселках строительные тресты, в совхозах - их подразделения, то бишь передвижные механизированные колонны, ПМК, общим количеством до 45 подразделений. А поскольку этим подразделениям нужно было как то обмениваться информацией со своими головными организациями, была создана Служба связи управления, коей начальником я и был назначен.
Интересное было место и время! Практически я таких мест ни раньше, ни после не встречал. Хозяйничали в тех местах только геологи, да нефтяники с газовиками, у которых связь шла по радио. При этом между их центрами были проложены вполне себе отличные дороги, а между Мубареком и Памуков через полупустыню шла вообще асфальтированная дорога.
Отличалась она тем, что вдоль нее не было столбов, как обычно вдоль дорог. Да и вообще , стоило выехать из Мубарека или Памука, как попадали в совершенно неосвоенные места - во все стороны , до самого горизонта - ничего, ни столбов, ни линий электопередачи, ни строений - и так на протяжении 40 километров. Ночью - ни огонька.
Канал строился севернее, по краю освоенной сельскохозяйственной зоны, и только в конце, ближе к Мубареку, выходил в степь и пустыню. И по этой будущей трассе канала нам предстояло выбрать трассу для строительства воздушной линии связи.
Мы выехали рано утром из Мубарека, проехали газосерный завод, строящиеся совхозы № 54 и 53, обехали бездорожье и выехали по карте на трассу будущего канала. Она уже была намечена небольшим каналом, который должен был быть расширен шагающими экскаваторами до будущего УМК (Ульяновский магистральный канал) шириной метров в 20-30.
Должен сказать, что строительство магистрального канала - не такое простое дело, как многие думают. Это не просто прорыл и пустил воду - она тут же уйдет в песок, либо размоет берег и разольется - канал то будет поболее некоторых речек в России.
Сначала роют русло канала, затем днище и стены гидроизолируют с помощью многослойного покрытия специальной долголетней полиэтиленовой пленкой, и уже затем это русло бетонируют, либо покрывают бетонными плитами. Для этой цели вдоль каналов, обычно в местах ответвления более мелких распредканалов , строятся бетонные заводы - чтобы получаемый бетон можно было использовать для бетонирования как магистрального канала, так и ответвлений.
На этих ответвлениях ставятся запоры с электроприводом, управляемым дистанционно. И вот для того, чтобы можно было связаться как со строителями, так и в дальнейшем управлять этими затворами и иметь телефонную связь с гидропостами вдоль канала (а на каналах бывают и прорывы дамбы, и многое чего) вдоль канала обычно строится воздушная или кабельная линия связи, а по дамбе, образующейся из вынутого из канала грунта, строится дорога, называемая смотровой дорогой.
Ничего этого еще не было, мы ехали по будущей трассе, временами останавливались, сидевший рядом в машине проектировщик делал отметки на карте, привязывая будущую трассу линии к ориентирам, и затем двигались дальше . В дальнейшем по этим привязкам полевая группа проектировщиков должна была строить детальный маршрут линии.
Проехали километров 20, местность становилась все более пустынной, вокруг были нераспаханные земли. Хотя был конец лета , стояла жара градусов 35, а вокруг - ни деревца, ни домика. Однако, по карте было видно, что мы приближаемся к старой дороге Касан- Бухара, в районе кишлака Ходжа Мубарек, существовавшей еще во времена Тамерлана, за которой должна была начаться обжитая зона.
Внезапно впереди, примерно в полукилометре влево от нашего маршрута, показалось нечто, издали напоминающие приземлившуюся летающую тарелку. На карте здесь ничего не было обозначено. Мы, заинтригованные этим, решили свернуть и подьехать к обьекту.
Чем ближе мы подьезжали, тем боле странным казалось сооружение, которое представляло из себя здоровенный купол, как бы лежащий на земле на тарелке. Земля вокруг была очень ровно спланирована, причем так, что образовалась как бы воронка с сооружением в центре. Рядом стоял небольшой домик.
И только когда мы подьехали ближе, одновременно воскликнули - "Это же сардоба!"
Да, это была она. Сардоба - сооружение, предназначенное для накопления и хранения воды в пустынных местностях, обычно по маршруту частого следования путешественников в древние времена или на обширных пастбищах. Строится она обычно на расстоянии дневного перехода от ближайшего населенного пункта, колодца или такой же сардоба. Отличается от колодца тем, что в ней вода не добывается из земли, как в колодцах, а хранится накопленная вода - либо собирается вода маленького родничка, либо вода, стекающая в нее вовремя таяния снега или дождей, со специально спланированной поверхности вокруг сооружения. Это позволяет хранить довольно большие обьемы воды , в то время как отдачи того же родника без сардобы не хватило бы, чтобы напоить караван и сделать запасы воды.
Наша сардоба отличалась тем, что здесь был как ручеек, так и местность, спланированная под сбор воды. Рядом стоял глинобитный домик, в котором явно кто то жил, а выше бассейна, на краю воронки было разбито небольшое поле с высаженными овощами.
Навстречу нам вышел седобородый , довольно крепкий на вид старик- узбек, и попросил не заезжать на воронку сардоба. Мы остановились, и попросили разрешения осмотреть сооружение.
Оно представляло из себя круглый бассейн примерно 14-15 метров в диаметре, видимой глубиной метра 1,5-2, наполненный примерно на две трети. В него стекал тоненький ручеек воды из находившегося здесь же родника. Бассейн был накрыт кирпичным куполом метров 5 высотой с отверстием в центре. Купол лежал на кольцеобразном цоколе, также кирпичном, в котором были отверстия для вентиляции. Внутри купола было прохладно, но не сыро, и тянуло ветерком от вентиляционных отверстий вверх.
Вода в бассейне не была цветущей или мутной, это была нормальная прозрачная вода. В обычных условиях, при наличии альтернативы, я бы, конечно, не рискнул выпить этой сырой водицы, но в случае отсутствия другого источника или для чая на вид она вполне годилась.
По крайней мере, никакой "живности" типа личинок или головастиков в ней не было.
Старик, которого звали Эргаш-ака, позвал нас к себе в мазанку и пригласил выпить чаю. Отказаться было бы верхом невежества и некультурности по местным обычаям, мы прошли в домик и сели за дастархан - скатерть, расстеленную на полу, вокруг которой были разложены узкие одеяла для сидения - курпача. На дастархане появились мытые огурцы и помидоры целиком, лепешки , конфеты - парварда, сахар -нават, пиалы и два чайника зеленого чая.
Эргаш , как и принято в тех местах, не стал нас ни о чем расспрашивать, ожидая, что мы сами скажем, кто мы и что делаем в этих краях. Последовал обычный ритуал - "Ассалом алейкум, как ваше здоровье и ваша жизнь? - Ассалом, спасибо, хорошо, а как ваше? - Спасибо, тоже хорошо, а как здоровье ваших близких и знакомых? - У них все хорошо, а как поживают ваши родные? " ... и так далее в течении минут десяти, когда были выяснены все подробности о родственниках, знакомых и друзьях друг друга.
Затем попытались найти общих знакомых или родственников - не получилось, так как все таки мы были русские и половина не из этих краев, и только потом начали рассказывать о себе.
Первыми кто мы и что делаем рассказали мы, и, как мне кажется. Эргашу не очень понравилось, что вскоре его уединение в этих местах будет нарушено. Во всяком случае, особой радости тому, что в пятистах метрах пройдет канал, он не высказал.
Причина стала ясна после его рассказа. Оказывается , сардоба эта существует лет 400 или 500, и все это время исправно снабжала водой тех, кто проходил или проезжал мимо. А его предки исправно наблюдали за ней, хотя проживали в кишлаке , довольно далеко от этих мест. Время от времени они проверяли ее состояние, чистили бассейн от собирающегося ила (все таки весенние воды, опять же во время пыльных бурь через вентиляционные отверстия наносило пыль), очищали местность вокруг нее от янтака (верблюжья колючка) и выравнивали образовывающиеся ямки.
В дореволюционные времена им за это какие то деньги выплачивались из казны бухарского эмира, и даже при советской власти они продолжали что то получать некоторое время, однако потом появились автомашины, трасса пролегла в стороне от бассейна, платить перестали, и они поддерживали состояние его уже по традиции.
У него есть дети и внуки в кишлаке Майманак (кстати, в этом кишлаке тоже есть сардоба, прямо в центре, на трассе Касан-Мубарек. И еще - я об этом уже писал - в нем в 1990 году в одной из школ прямо у входа я обнаружил памятник Сталину, прекрасно ухоженный, за которым явно постоянно ухаживали), сам Эргаш каждое лето вот уже лет 5 выезжает сюда, так как есть опасность, что бассейн местные варвары просто уничтожат, живет в этом домике и выращивает овощи, арбузы и дыни. Воды здесь хватает и на полив, и ему, хлеб и чай привозит сын, а мяса он не ест - я впервые видел узбека - вегетарианца.
Заинтересовавшись , как он поливает свой огород, я попросил показать его (втайне я подозревал, что он тут живет, потому что выращивает мак или коноплю, но ничего похожего на огороде я не увидел), дед охотно согласился. Ничего особенного для тех мест я не нашел - довольно обычное устройство для тех мест - ишак вращает колесо, оно вращает второе, крутящее уже ленту с ковшами, которые зачерпывают воду и подают в лоток, идущий на огород. Именно из-за постоянной откачки и смены воды в сардобе она не зацветала... .
Хотя, с одной стороны, старику не понравилось, что рядом будет проходить канал, все таки было видно, что ему довольно скучно жить здесь одному, и не хочется, чтобы мы уезжали так быстро.
Пустив по новому кругу пиалы с чаем, он начал рассказывать историю строительства этой сардоба:
- Давно это было, еще при правлении великого Улугбека, великий зодчий Наджмеддин Бухори, бежавший из Герата, проезжал по этой дороге из Самарканда через Карши и Касан в Бухару. Каршинский правитель - бек попросил его построить сардоба в Ходжа Мубораке, но зодчий не согласился, так как спешил в Бухару, но обещал заехать в Ходжа Муборак, мимо которого проходил его путь, и посоветовать, как и что строить.
Он выполнил свое обещание и заехал в кишлак. Местные жители обратились к нему с просьбой оказать им помощь в строительстве сардоба, и указали место, на котором хотели бы ее построить, и попросили сьездить и посмотреть, годно ли оно для этого.
Зодчий согласился и поехал с ними. Дело было весной, когда они прибыли на место, Наджмеддин увидел, что оно прекрасно, и ему оно так понравилось, что он тут же решил не ехать дальше в Бухару, а начать строить здесь это сооружение. Сообщили об этом правителю области, и он выделил людей и необходимые средства. Услышав про строительство сардоба, с округи стали прибывать многие мастера. Кто лепил и обжигал кирпич, кто ездил до Карши и Касана и привозил песок, кто рыл котлован под бассейн.
Строительство продолжалось споро, чуть больше чем через месяц было закончено. В честь этого местные жители устроили праздник, на котором присутствовали многие бахши, певшие песни в честь строителей сардоба и прославлявшие зодчего Наджмеддина.
К середине второго месяца сардоба наполнилась водой , и начала служить людям. А зодчий Наджмеддин, тепло попрощавшись с местными жителями, продолжил свой путь в Бухару.
Жители Ходжа Муборака и окрестных кишлаков до сих пор помнят о том, что Наджмеддин Бухори сделал для них, и сохраняют теплые воспоминания о нем.
На этом Эргаш-ака закончил свой рассказ. Жара уже спала, и мы, попрощавшись, поехали дальше, добрались до автодороги и вернулись в Мубарек.
Признаться. я скептически отнесся к рассказанной стариком легенде. Наджмеддин - выдающийся восточный зодчий, и поверить, что он строил какую то сардоба в глухой степи, я не мог.
https://aftershock.news/?q=node/689328https://yandex.ru/images/search?clid=2224315&img_url=http%3A%2F%2Fsgp.uz%2Fuserfiles%2FIMG_9546%2520resized.jpg&cbir_id=1387581%2Fa__zpuhWnNW1oR4lvj9eer1A&cbird=5&rpt=imagelike
